Проект осуществляется при поддержке Российского гуманитарного научного фонда (РГНФ, грант № 11-04-12064в).

Новое оксфордское собрание сочинений Шекспира на платформе OSEO

Как и обещали редакторы Нового оксфордского собрания сочинений Шекспира (New Oxford Shakespeare), первыми доступ к электронной версии этого издания получают пользователи Oxford Scholarly Editions (OSEO). Мы уже писали об этой уникальной платформе незадолго до ее запуска. Впервые столь крупное издательство отказалось от идеи работать исключительно с библиотеками и открыло доступ к академическим изданиям классических текстов английской литературы — от Скелтона до Диккенса — индивидуальным подписчикам.

Новое оксфордское собрание сочинений Шекспира

Сейчас на платформе ОSEO (включая и оксфордские издания классиков древнеримской литературы) — более 20 модулей, построенных по принципу эпохи и рода литературы. У такого построения есть и свои недостатки — так, первый том сочинений Кристофера Марло, включающий его поэмы и стихотворные переводы, отнесен к «Поэзии Возрождения», а остальные — к «Драме Возрождения». Схожим образом разделены тома сочинений Роберта Грина, Джона Лили, Джона Донна и Бена Джонсона. Продавать доступ к двухтомному собранию пьес и стихотворений Грина под редакцией Джона Чёртона Коллинза (см. том 1 и том 2), которое вышло еще в 1905 г., — не самая честная стратегия (учитывая, что на archive.org его можно скачать бесплатно). Но тем не менее, OSEO — единственный, не считая библиотек, способ для читателей всего мира (кроме Северной и Южной Америки) легально пользоваться академическими оксфордскими изданиями английских классиков. В электронной версии каждого издания текст и комментарии выведены в разные фреймы на одном экране и связаны якорными ссылками для более удобного просмотра. Можно скачивать pdf, причем как электронный вариант, так и сканы страниц оригинального издания (в последнем случае — постранично, в первом — по разделам книги).

Но вернемся к Шекспиру. Пока на платформе появилось только «современное» издание (Modern Critical Edition) — в него вошли только сами тексты пьес, краткий словарный комментарий и небольшие вступительные справки о пьесах. В декабре 2016 г. станет доступно более полное «справочное» (Critical Reference Edition) — с подробным текстуальным комментарием и в оригинальной орфографии. Наконец, в январе 2017 г. появится и долгожданная электронная версия «справочника по шекспировскому авторству» (Authorship Companion), в котором авторы подробно рассказывают о стилометрических методах и доказанных случаях соавторства.

Впрочем, о структуре издания можно судить уже и по «современной» версии New Oxford Shakespeare. Произведения выстроены в условно хронологическом порядке, в ущерб традиционной «жанровой» структуре, а иногда и вопреки удобству чтения (например, вторая и третья часть «Генриха VI» расположены раньше первой).

Новое оксфордское собрание сочинений Шекспира на платформе OSEO

В предисловии под названием «Зачем читать именно это Полное собрание сочинений?» (Why Read This Complete Works?) Гэри Тейлор и Терри Бурус объясняют, что такая логика помогает увидеть связь между «творческой биографией» Шекспира (“a biography of his creativity”) и «микроисторией театра и поэзии» шекспировской Англии (“But it also situates his work within the micro-history of theatre and poetry in his lifetime”).

Каждому тексту предшествует т. н. «бриколаж» — набор цитат и мнений критиков, литературоведов, режиссеров и т. д., в нарочито произвольном порядке (например, бриколаж к утраченному «Карденио» начинается с цитаты из Эдмунда Гейтона, который в 1654 г. назвал Дон Кихота «Шекспиром из [Ла] Манчи», за которой следуют отрывки из работ Роже Шартье и Стивена Гринблатта). Бриколаж должен привлечь к пьесе внимание читателя, особенно такого, который склонен пролистывать малоизвестные пьесы, поэтому среди мнений попадаются и скандально критические, и неумеренно восторженные — не включены лишь те, которые могут оставить читателя равнодушным.

Узнать многое о пьесе в «современном» издании не получится. Справки о каждом тексте — “Background” — занимают иногда менее одной страницы и построены по жесткому плану: роли — дата сочинения — сценическая история — первые публикации текста — временная шкала, в которую включены даты исторических событий, выхода в свет источников шекспировского текста и т. д.

Оригинально и деление пьес на акты и сцены — редакторы оставляют его только там, где оно оправдано логикой пьесы, и потому его можно считать частью авторского замысла (в целом начиная только с 1600-х гг., почти все более ранние пьесы печатаются в разбивке на отдельные сцены).

Открывается издание «Двумя веронцами» — самой ранней пьесой (1587, возможно, с переработками в 1590-е и начале 1600-х гг.), к которой приложил руку Шекспир. За ней следуют «Тит Андроник» (1589–1590) и две последние части «Генриха VI» (1590 и 1591 соответственно). Таким образом, от «темного» периода в биографии Шекспира почти ничего не остается: если принять, что Шекспир переехал из Стратфорда в Лондон в середине 1580-х гг., то он, согласно редакторам New Oxford Shakespeare, практически сразу стал работать над текстами пьес, и в дальнейшем эта работа не прерывалась. Заполнить временные лакуны раннего и позднего периодов помогают вновь введенные в канон пьесы: «Арден из Фэйвершема» (ок. 1588), «Эдуард III» (1592), «Карденио» (1612), «Два благородных родича» (1613). После «Бури» (1611), которую в такой хронологии трудно считать «поэтическим завещанием» Шекспира, — еще два года работы в соавторстве с Джоном Флетчером. Написанные совместно с другими драматургами пьесы не сосредоточены только в самом начале и конце работы Шекспира-драматурга, а повторяются регулярно (дополнения к «Испанской трагедии» Томаса Кида (1599), возможное участие в «Сеяне» Бена Джонсона, (1601), фрагмент «Томаса Мора» (1601–1602) и т. д.). Такая хронологическая реконструкция подчеркивает, что совместное авторство — постоянная шекспировская практика (впрочем, это верно и для его коллег). Эта версия канона, конечно, интереснее, чем попытки приписать Шекспиру многие пьесы 1580-х — начала 1590-х гг. и бесконечные переработки якобы собственных более ранних текстов, как это, например, делал Эрик Самс.

Новое оксфордское собрание сочинений Шекспира на платформе OSEO

Общая концепция нового издания подробнее объяснена в еще одном предисловии — «Зачем читать Полное собрание сочинений Шекспира?» (“Why Read Shakespeare’s Complete Works?”), авторами которого стали уже не два, а все четыре соредактора. Это довольно непростой текст, хотя он и рассчитан на «нефилологического» читателя.

Для нового издания, рассчитанного (в этой версии) на читателя, прежде всего погруженного в современную культуру, нужна новая метафора Шекспира и шекспировского творчества. Метафору, которая связала бы огромные пласты работы литературоведов, историков, театроведов и исследователей современной культуры ищут уже давно — в сущности, «шекспиросфера» нашего проекта — один из вариантов этой метафоры.

Задача состоит в том, чтобы не утратить общее пространство, в котором на общем языке смогут говорить о Шекспире как академические ученые, так и актеры, режиссеры и все, вовлеченные в мир современной культуры. «Культ Барда», которым во всемирном масштабе управляет кучка академических «стратфордианцев», существовал только в воспаленном сознании отрицателей Шекспира. Сейчас мы скорее наблюдаем другой процесс — c научными центрами начинают конкурировать театры. В «Шекспировском глобусе», например, существует своя научная и образовательная программа (вплоть до подготовки аспирантов) — и это помогло по-новому поставить темы исследований, например, изучать сценическую историю шекспировских пьес, на которую отчасти свысока смотрело академическое литературоведение.

Но любые институции (как, например, показала недавняя история конфликта между Эммой Райс и руководством «Шекспировского глобуса») очень быстро ограничивают разнообразие подходов и практик. На этом пути нас может поджидать новая ортодоксия: «Шекспир», мол, живет только в постановках и интерпретациях, поэтому то, что происходит сейчас на сцене или на экране, важнее и интереснее, чем история текстов XVI–XVII вв. Конечно, шекспировед и одновременно театральный критик — фигура более медийная, чем просто академический шекспировед. Но опыт New Oxford Shakespeare показывает, что «незаметная» текстологическая работа сейчас важна нисколько не менее, чем раньше. Открытие в шекспировских пьесах пластов текста, написанных другими авторами (и наоборот!) показывает, что мы, в сущности, еще мало знаем Шекспира, еще только преодолеваем представление о колоссальной фигуре «Барда», затмившей для нас всех его современников.

Поэтому любой опыт поиска объединяющей метафоры очень полезен — иначе не станет единого шекспироведческого поля. Редакторы New Oxford Shakespeare говорят , например, о шекспировской «нейронной сети», которая связывает историю и современность (“Every writer who writes about Shakespeare, positively or negatively, expands the neural net that connects Shakespeare to our culture. Those who complain about his work only stimulate more connections” (p. 18)). Еще одна метафора — комната, в которой Шекспира, как Элвиса, уже нет, но через нее проходит бесконечный поток спорящих о нем и с ним (“Shakespeare has left the room; he has been dead for hundreds of years. But in the room Shakespeare vacated so long ago generations of men and women come and go, still in conversations with and about him, naming him, arguing about him, quoting him» (p. 19)). Шекспир оставил нам «инфраструктуру воображения» (“imaginative infrastructure first built by Shakespeare”), которая помогает строить по его образцу и перестраивать сделанное им. Конечно, все «элементы» этой постройки, к какому бы периоду истории они не относились, в нашем распоряжении сейчас, как фрагменты, отобранные для бриколажей «современного» издания. Аргументацию Гамлета в одном из эпизодов авторы предисловия сравнивают с речами диккенсовского Скруджа, гонителей театров XVII в., современного «менеджера хедж-фонда» или чиновника министерства финансов — и все это через запятую.

И все же самая важная и часто повторяющаяся в предисловии метафора — это «виртуальные миры», которые создает Шекспир; параллельные вселенные, о которых как будто бы одновременно думают современные астрофизики, авторы ренессансных поэтик и Джордано Бруно. «Полное собрание сочинений», считают редакторы, можно было бы назвать «полным собранием игр» (“Perhaps we should call this book ‘William Shakespeare: The Complete Games’. Shakespeare is something we play. His Complete Works is an anthology of extraordinarily powerful and varied virtual reality game worlds” (p. 33)). Виртуальный мир выдуман — но так же сконструированы и все человеческие сообщества (редакторы очень уместно сводят в одном предложении монолог шекспировского Жака о мире-театре и книгу Бенедикта Андерсона «Воображаемые сообщества»). Виртуальный мир подчиняет человека собственной логике, заставляя его, как в тренажерном зале, тренировать любопытство и эмпатию. Наконец, виртуальный мир проводит человека через остранение и тем самым расширяет наше понимание человеческого (“...becoming alien, expanding our definition of what it can mean to be human, helping us to imagine what it would be like to live hundreds of different lives in dozens of different social universes. (p. 33)).

Если метафора «виртуальных миров» действительно может задать поле, на котором найдется место для шекспироведов-теоретиков и практиков, для них, возможно, нужно именно такое издание — в нескольких версиях, «навынос», одним словом, как иронично замечают сами авторы предисловия, «тапас-Шекспир» (p. iv). Но все-таки точнее еще одна метафора (и ее редакторы тоже приводят) — та, которой Стэнли Уэллс завершает книгу «Шекспир на все времена»: «Он — в нашем водопроводе, и останется там, пока вода в трубах не иссякнет» (“He is in the water supply, and is likely to remain there until the pipes run dry”).

В. С. Макаров

Изображения: Oxford University Press | Shakespeare Magazine @ Twitter


Подготовлено в рамках проекта «Виртуальная шекспиросфера: трансформации шекспировского мифа в современной культуре», поддержанного грантом РГНФ (№ 14-03-00552а).